00:33 

Литературный отчет

Для конкурса литературных отчетов Старого Замка.
Жил альв по имени Рэв. И угораздило его жениться на альве по имени Раварта. Жили они в Льосальвхейме, в усадьбе Колмёрк (Черный Лес). И нажили двух дочек. Младшая, Саннгрид, была похожа на мать и обликом, и нравом. Старшая же, Миргтабракке, пошла в отца.
И все альвы, знавшие их, соглашались, что то были славные девушки. Это соглашение нравится мне, ибо это я – Миргтабракке.
Однажды мы с сестрой охотились в лесах. Вдруг вокруг нас опустился туман, и услышали мы голос, просящий учтиво о помощи. По многим признакам поняли мы, что говорит с нами Локи. Люди в Мидгарде перестали поклоняться ему, и силы его потеряны. А он желает свободы и веселья.
И все альвы, знавшие историю Рыжего Бога, соглашались, что асы поступили неумеренно жестоко. Наш народ вообще вольнолюбив, и всякая неволя нам претит.
«Чем мы можем помочь тебе, Пламявласый?» «Убедите людей приносить мне жертвы», - ответил он, - «Я помогу вам пройти в Мидгард для этого». Так был заключен договор.
Мы с Саннгрид вдруг поняли, что лес вокруг меняется; чем дальше шли мы по знакомой тропе, тем изменения были сильнее, сам воздух стал другим. Наконец туман рассеялся. Тропинка вывела на песчаный берег, мерно шумели волны. Мы были в Мидгарде.
Прежде всего мы изменили облик – умение в крови каждого альва. Встреченный вскоре охотник подтвердил, что люди этих мест не молятся Шрамоустому. Зачем?
Дойдя до хуторов, мы нашли место, где ранее было капище; чье – уже не понять: люди забросили его, и дух бога ушел. Здесь мы и решили строить новый Храм. Прихожане станут возносить моления своим богам, ан на самом деле увеличат силу супруга Сигюнн. Чем не веселая шутка?
В строительстве Храма нам помогали жители всех хуторов . Одна юная девушка, по имени Хельга, даже вызвалась проводить ритуалы вместе с нами. Кто она – мы не знаем, но нечто есть в ней с той стороны… а вот ей я решила открыться. «Зачем!?», - воскликнул бы любой человек, - «Ведь это опасно!».
Но всякий альв понял бы нас. Что за жизнь без риска!?
Людей приходило все больше. Всем ведь интересно: а кто это завелся в лесах? Мы потирали ручки и звали всех молиться к нам. В свою очередь, нас зазвали на пир к бонду хутора Борг, Скаллагриму.
Мы уже знали, что Скаллагрим первопоселенец в этих землях. Такие люди всегда интересны, поэтому на пир мы шли охотно. И ожидания наши не были обмануты: хозяин оказался крепок и мудр, говорил висами и по делу. Его жена, Бера, угощала гостей чудесной рыбой и пивом.
Из гостей выделялся Ньяль Торгейрссон – он тоже говорил висы, рассуждал обо всем со знанием дела. Его жена и дочь сразу подсели к нам и завели беседы о Храме. Торхильд больше слушала, зато ее мать упорно допытывалась: как это в одном месте можно молиться всем богам!? Молодец, соображает… И нрав этой женщины пришелся мне по душе; когда муж представил ее («А вот моя жена Бергтора…»), она как рявкнет: «Брегота!» К тому же заявилась на пир в мужской одежде. Впервые вижу такую смелость нравов.
Торгейр Годи и его брат Тормод - чужды и холодны. Торгейр все время заводил разговоры о смерти. Создалось впечатление, что он готовится к ее скорому визиту. Тормод все больше отмалчивался.
И все альвы, столкнувшись с такими мрачными людьми, сторонились бы их.
И сказала я свою вису:
- Не пресекутся в сем доме
- Пламени волн потоки
- Щедро куст шлемов одарит
- Храбрых дубов кольчуги!
Кроме вис, главной темой бесед был человек по имени Храфнкель. Он непокорен, имеет рунный меч… скоро его будут судить за убийство. Ха! Вот это будет весело! Надеюсь, нас пригласят на тинг.
Другая тема пира – пропавший Эгиль Скальд, сын хозяина дома. Отец и все домочадцы весьма о нем горюют. «Был бы Эгиль…», - вздыхает Скаллагрим. Забавно – состязание в висах, а главного искусника нету. Куда же он девался? Брат то его, Торольв, здесь шмыгает, тихоня.
Победителем в висах был признан Ньяль. Скаллагрим подарил ему меч.
Ночью вокруг Храма собрались любопытные лесные духи. Мы с Саннгрид слышали торопливый топоток и шуршание маленьких лапок, фырканье и хрюканье. Я знаю этих малюток – они принимают вид ежиков.
Наутро мы отправились по хуторам.
Начать решили с Ульвгарда. Еще не доходя до него, почуяли явный запах гари. Что же случилось? Ну, так и есть. Солльгерд Тростник с домочадцами чинят дом после пожара. «Эх, девы, будто сам Сурт пришел да и плюнул мне на пол. Еле погасили», - поведала она. С первого взгляда хозяйка понравилась нам – веселая, смелая и с рунами явно знакома. Учтива и приветлива: несмотря на обстоятельства, угостила нас ягодами и травяным настоем. Мельком видели мы и ее друзей – пожилую женщину и парня, малый рост которого выдал в нем цверга.
Много чего мы уже наслышались про Солльгерд. Говорят, она недавно хозяйствует на хуторе… а прежний хозяин его скоропостижно скончался. А еще она умеет колдовать и знает руны. А еще два дня назад море вынесло к ее дому раненого, который не помнит своего имени. В общем, интересная женщина, надо завести близкое знакомство.
Потом мы пошли в Бергторсваль, к Ньялю. И здесь не все ладно: отстраивают дом после землетрясения. Дааа, корчится радость Хлинн, надо бы поспешить с вербовкой прихожан. Но… какими вкусными яблоками нас тут угостили! Ах, как альвы любят яблоки! А какие замечательные блинчики печет Торхильд! Надо сосватать ей ладного мужа. Едва мы вышли из дома Ньяля, вышло солнце и осветило все вокруг. Прекрасна природа Исландии!
Это так интересно – сватать! Например, знакомишь рыженькую невесту и чернявого жениха, а потом смотришь – какие детки получатся.
А где бы к рыженькой Торхильд подыскать чернявого? Идем дальше.
А вот небольшой хуторок… Да это Бьярнатадур! Нас встретили Тормод и 3 женщины - Тора, Тордис и Денхильда. В беседе они посетовали, что глава дома, Бьярн, пропал в лесу и ничего о нем неизвестно. Видя, что женщины очень расстроены, я решила подбодрить их (ведь и не такое еще случается!) - и поведала историю семьи нашей матери.
Дело в том, что Раварта с раннего детства сирота. Когда она была маленькой, их семья жила в холме, рядом с людьми. Старшая сестра ее, Има, влюбилась в человека, с которым иногда на одном пастбище пасла овец. Иногда Има брала с собой и Раварту, однако строго наказывала ничего родителям не говорить. Тот парень спал и видел стать колдуном, и Има тайно от родителей вынесла ему книгу, в которой были собраны заклинания и рецепты зелий, собранные и изобретенные ее отцом.
И все альвы, слышавшие об этом ее поступке, соглашались, что Има была дурой – редкое явление среди нашего народа.
Тот мужчина воспользовался наивностью девушки, и, заполучив книгу, умертвил Иму, ее родителей и их работника-человека. Маленькую Раварту воспитали в Льосальвхейме другие альвы. Облик убийцы она почти не помнит, только то, что был он мал ростом.
Услышав эту историю, женщины ужаснулись. Через минуту снова испугались, услышав за стеной тяжкую поступь медведя. Человеческие женщины так любят пугаться! Мы пригласили их в Храм, погадать на рунах. Но сначала все вместе отправились в Борг.
Приводит ли эта история в такой же ужас нас с сестрой? Нет, даже в детстве мы не испытывали страха, услышав ее. Желание мстить – вот что она вызывала. Поэтому мы так легко пошли на сделку с отцом лжи – он помог пройти в Мидгард. Конечно, сам колдун давно умер, но ведь живут его потомки либо ученики. Они ответят за злодеяние.
На хуторе Борг не оказалось ни Скаллагрима, ни Торольва. Зато был кузнец Ульвхедин: чернявый (О!) и чумазый, к тому же низенький и очень застенчивый. Мы всей толпой начали усиленно сватать ему Торхильд. «Да я ж все при наковальне, куда мне жену?!» Зато всем обещал всего наковать. И тут меня осенило: «А любовный амулет скуешь?» «А скую!» Ага, думаю! Ты только скуй, а мы его на тебя заговорим да Торхильд подарим. Хе-хе!
Но коррективы в планы внесла природа в морде лице огромного волка, который выскочил из лесу и стал гоняться за народом. Женщины закричали и бросились врассыпную. А Ульвхедин подскочил и завалил зверя. Но и тот крепко цапнул его. Саннгрид перевязала кузнеца, люди стали свежевать волка, а мы пошли до Храма.
В Храме нас ждала Хельга с мрачным видом: оказывается, глазастая Торхильд заметила наше преображение в солнечном свете и оповестила об этом окружающих. Дааа, теперь эта девочка вряд ли пойдет молиться к нам.
Зато пришли другие. Первым посетителем стал Торгейр с разговорами о смерти и трудностях жизни. Мы приняли его моление, обещали сделать амулет и присутствовать на тинге. Торольв и жена его Асгерд – вместе и поодиночке. Она молилась Фрейе, а ему Один (ха-ха!) благословил меч. Ньяль с Бергторой пришли-таки. А вот Торхильд строптиво осталась за дверьми. Все щедро одаривают Храм. Отец Фенрира принимает жертвы: все видели, как невидимый дух поглощает сладости, возложенные на алтари!
А потом случился тинг . Как мы и думали, было очень весело. Знаменитый Храфнкель Годи Фрейра явился вооруженный и с дружиной – и давай выеживаться. Скаллагрим и Ньяль вдвоем не могли его урезонить. Да и Сам-истец хорош: заставил себя ждать. Спорили до хрипоты. Один из людей Храфнкеля вдруг упал. Товарищи отодвинули его в сторону и как ни в чем не бывало продолжали глазеть. Договорились до хольмганга. Он прошел быстро и аккуратно: Храфнкель убил Сама и все уладилось.
Потом снова Храм, снова моления и жертвы. В краткие периоды отдыха мы с Саннгрид развлекались стрельбой из лука.
Однажды мы услышали тяжкую поступь того, кто с большим недоверием отзывался о Храме – Скаллагрима. Он сообщил, что убил йотуна у порога своего дома. Теперь, мол, меж людьми и обитателями Йотунхейма будет война. Это все настолько серьезно, что он все же решил зайти к нам – на всякий случай.
После визита бедного йотуна среди мужского населения хуторов началось некое безумие: все хотели идти в бой в Йотунхейм. Чокнутые! Ажиотажу не поддался только Ньяль: у него было важное дело.
Отправившись за водой, мы с Саннгрид стали свидетелями буйной сцены: тесным кружком стояли Ньяль и его домочадцы, причем хозяин хутора что-то яростно вещал и размахивал руками. Его жена невозмутимо стояла напротив; когда муж закончил речь, сняла с пояса ключи и швырнула их ему. Затем что-то спокойно сказала дочери и пошла прочь. С криком «Отец, как ты мог!?» Торхильд бросилась за хозяином Бергторсваля. А! Теперь понятно: у людей это называется «развод». Как мы поняли, дело было в мужском наряде Бергторы. Все же мужчины все не совсем адекватны: выгнать такую женщину! Какие бревна она носила на плече для ремонта дома! Эх! Мы с Саннгрид побежали за Бергторой, но она как в воду канула.
По пути узнали две новости. В-первых, Храфнкель лоханулся промахнулся с жертвоприношением Фрейру. Это ж надо – пьяными речами издеваться над асом! Такое не прощается. Во-вторых, кузнеца Ульвхедина доели волки. Не вышло у нас с любовным амулетом.
И еще одно случилось в этот день. То, что переменило наши мысли и мою судьбу. Все асы любят пошутить, не только Скованный.
А началось все с того, что Хельга Бьерндален (подруга Солльгерд) пригласила нас в гости. Когда мы пришли на хутор, то почему-то не смогли войти вслед за ней, и поняли, что на дверь наложены сильные охранные заклятья от не-людей. Хозяйка окликнула: «Ну что же вы не заходите?», а потом сама пригласила нас войти в ее дом. И тогда мы смогли сделать это. Вот так мудрая колдунья узнала, кто мы такие.
Солльгерд сидела за ткацким станом. Попивая чай, мы услышали ее историю: как в детстве она говорила с духами, и ее считали не от мира сего. Как нашла в лесу рунические камни, и просила их дать ей силу, чтобы защитить себя от нападок. Как постепенно отдалилась от людей и стала жить своим образом, общаясь только с Хельгой, молчаливым цвергом и овцами, которые не предают, поскольку животные.
Может ли альв впасть в смятение? Теперь я знаю, что может. Именно смятение почувствовала я после рассказа Солльгерд. Вот человеческая женщина, достойная уважения скрытого народа! Но… если она и вправду колдунья, не достался ли ей дар от того самого человека? Неужели придется мстить ей!?
Нет! Я сделаю другое. Глядя на овечек, которых в эту минуту кормила Хельга, я сказала вису:
- Долгую жизнь пророчу
- Носителям тонкого руна
- Источникам громогласным
- Тепла для зимы холодной!
Так преданные овечки получили благословение скрытого народа. А между нами и Солльгерд воцарился мир и прощение. Вот что случается за один вечер.
Сидя за столом Солльгерд, я вдруг почувствовала странное неодолимое желание увидеть… Ньяля. Попрощавшись с хозяйкой и гостями, вышла. Вечерело. Я точно знаю, что по лесу шла не одна – меня незримо сопровождал кто-то. На миг увидела трех женщин: они держали тонкие копья, а на груди средней сверкнуло нечто похожее на ожерелье. Неужели Фрейя!? Она очень похожа на нашу маленькую Хельгу. Которую мы с Саннгрид уже давно не видели.
Каким-то образом я поняла, что идти надо в Храм. Ньяль вышел мне навстречу. «Мне снятся странные сны», - сказал он. «Какие же?» И тут мы начали неудержимо … целоваться! «Учти», - сказала я, - «Мы будем вместе только как муж и жена».
И на хуторе Бергторсхваль была свадьба. Муж преподнес мне красивые ботинки в качестве свадебного подарка.
Вместе с воинами пришла радостная весть: Эгиль Скаллагримсон вернулся! Всех приглашают на пир в Борг.
Гостей принимал Торольв - заметно окрепший после Йотунхейма. Но особого веселья на пиру не было, скорее тревога витала в воздухе. Поход почти не обсуждали, зато весьма интересовались, а где же шастал Эгиль? А тот все больше отмалчивался. С ним была незнакомая женщина – Хлинн из Восточных Фьордов. Но на востоке отсюда нет поселений… Говорили о странных явлениях в лесах: Торольв заметил, что охота стала трудной: звери уходят из обжитых мест, а недавно он слышал нехороший женский смех. Кто это мог быть? Кхм… Мое внимание привлекла девушка в мужской рубахе. Говорили, что ее нашли у йотунов, она не помнила своего имени, зато сейчас весело включилась в разговор, делая странные намеки и часто поглядывая на меня. Похоже, она помнит все, но не говорит по какой-то причине. Уж не ОН ли это?
Разговор перешел на обитателей Главного Двора – их веселье слышно было аж здесь. Когда мы проходили мимо, не слышали шума моря: его заглушали пьяные вопли домочадцев Храфнкеля. Дом дрожал, внутри клубился зеленый дым. Совместно решили, что они творят там черное колдовство, и не след иметь с ними дело, особенно Ньялю стоит уберечь дочь от замужества с их парнем. Ньялю явно не понравилось, что ему указывают.
Тут я почувствовала облако враждебности, медленно сгущавшееся вокруг моего мужа. Что происходит? А Торольв начал рассуждать о жизни и брякнул что-то о Бергторе. И вдруг Ньяль впал в ярость: заявил, что ему нанесено оскорбление (Где? Когда?) , и мы должны покинуть этот дом. Торхильд к тому времени спала у меня на коленях, окончательно оставив прежнее недоверие; обсуждение перспективы замужества ей было до фонаря. Я разбудила ее и мы ушли.
Утром Ньяль и Скаллагрим выясняли отношения на тинге. Главным свидетелем была Хлинн, Эгиль и Торгейр Годи поддерживали ее. Ей почти удалось поссорить друзей окончательно. Но мудрый Ньяль бросил в ее сторону железный нож… - и вместо женщины оказалась великанша. Все испугались, но Ньяль зарубил мечом сеятельницу раздоров. И морок неприязни и ярости оставил души. Да, люди иногда глупы, но холодное железо в их руках – страшная сила.
Потом Скаллагрим на радостях признался мне, что хотел спалить наш Храм (очень мило с его стороны), а я сообщила ему, кому он на самом деле был посвящен. Ведь если о твоих гадостях никто не узнает, зачем они?
А Сольгерд открыла мне, что заветная книга в самом деле когда-то была у нее, доставшись от покойного учителя, но она давно подарила ее хорошему человеку. Ну что ж, раз она считает, что наш труд пойдет на пользу… Мы согласны.
Так две альвы пришли в Мидгард и остались там среди людей искать новых приключений. И все альвы, знавшие эту историю, согласны, что она весьма забавна.

URL
   

serdzeLesa

главная