23:05 

Ой, йоооо...

Все болит. Вот что значит долго не ходить на шейпинг.
Но - дело прежде всего. Тролльринген, глава 6:
Глава 6 Маг – это звучит гордо!

Джеф слышал нежную мелодию, в которую вплетались слова неизвестного ему языка. Они звучали чуть печально, но прекрасно: «…ar ilyë tier undulávë lumbulë, ar sindanóriello caita mornië i falmalinnar imbë met…»

Глаза он открыл с трудом. Это было непохоже на ТО, первое пробуждение: в тот раз голова не раскалывалась от боли и тошнота не подступала к горлу. Когда перед глазами перестали плавать зеленые круги, стал виден низкий белый потолок. «Похоже на больничную палату. Я заболел? Чем?» Джеф повернул голову, хотя шея слушалась с трудом.
Слева от него на койке спал Николас. Его лицо было зеленоватое («Наверное, у меня такое же»). Точно, он чем-то заболел. Ведь даже галлюцинации были! Радужный снег, радуга в зимнем небе, и мальчик с кошачьей мордочкой. Джеф повернулся вправо.
И чуть не подскочил. Галлюцинации продолжались. Тот самый мальчик спал на койке справа, и мордочка у него была кошачья! Вполне человечий рот, темные густые брови и смуглые щеки, но явно кошачий носик и уши на макушке, просвечивающие розовым в утреннем свете. «Неужели я сошел с ума!? Что со мной?»
- У вас похмелье, сэр.
Видимо, в шоке он задал последний вопрос вслух. Джеф приподнялся, чтобы увидеть, кто говорит. Это был второй мальчик, постарше, … и тоже с кошачьей мордашкой. Он стоял в изголовье койки спящего котенка.
- Да, вчера вы были безобразно пьяны. Увы, как и мой брат.
- Но мы ничего не пили.. Когда? Мне до сих пор так худо…
- Неудивительно, - сердитый голос Джона прервал робкие потуги Джефа, - Вечером Том с тобой полчаса возился, в чувство приводя. Все же ты вел себя полегче, чем наш герой Никки.
- А.. что он сделал?
- Орал блатные песни, пока его тащили в замок. Потом блевал, как из брандспойта, уделал весь пол в холле и в довершение грохнулся прямо в собственное произведение. А все вокруг помирали от смеха. Пальцами тыкали.
Джеф почувствовал, как к лицу медленно приливает жидкий огонь. Он сам ненавидел быть всеобщим посмешищeм, все нутро сопротивлялось одной мысли об этом. А сейчас он не мог управлять своим телом, не мог подняться и еще эта сцена унижения Николаса! «Если бы это все забыли! Бог, сделай так, чтобы это все забыли! Я никогда, никогда не буду пить!»
Джон присел рядом и хлопнул по плечу:
- Да успокойся. Уж выяснили, что вы не нарочно. Просто какой-то дурак из кухонной обслуги оставил в столовке орехи, на которых вино настаивали. А вы их съели.
- Кхм. Простите, джентльмены, я должен был представиться, - это подал голос серьезный мальчик-котенок, - Меня зовут Марс. На койке – мой брат Бэрс.
- Не обижайтесь, Марс, - робко проговорил Джеф, - Мне мерещится…, или вы действительно коты?
- Нет, мы не коты, - терпеливо ответил Марс, - Мы еще котята. Мне всего 10 лет, а брату 8.
- Марс и Бэрс – это ваши имена, или прозвища?, - с интересом спросил Джон.
- Настоящему коту прозвища ни к чему!, - вдруг заорал с соседней койки Бэрс, - Я кот без дураков!, - Джеф аж подпрыгнул от неожиданности.
- На твоем месте, Бэрсик, я бы помолчал, - невозмутимо заметил Марс, - Опозорился на всю школу. А прозвищ тебе каких только не давали. Напомнить?
- Не умничай, - проворчал младший котенок, с видимым трудом сползая с койки. На нем оказалась мятая пижама в полосочку. Джеф украдкой глянул на себя – на нем было то же самое. Какая гадость.
- Я во сне слышал какую-то музыку, - заметил Джеф.
- Это не во сне, - сказал Марс, - Вы слышали молебное славословие местного хора. Вчера был день памяти великого мага, который является духовным покровителем школы. Вообще их несколько.
- Откуда ты все успел узнать?
- Здесь есть библиотека.
Мягкое шуршание прервало беседу. К ним приблизилась очень маленькая женщина – ростом с самого Джефа – в темно-зеленом шерстяном платье и в широком белом фартуке. Косынка на голове тоже была белоснежной и полностью закрывала волосы. Она была невзрачна, но мила по причине кроткого выражения лица.
- Наконец вы пришли в себя. Пришлось же с вами повозиться!
- Верно, фру, - вежливо подддакнул Марс, - Джентльмены, вы должны поблагодарить фру Хлив за заботу.
- Спасибо…, - нестройно вякнули джентльмены.
- Неосторожность, дети! Вот что губит ваши организмы. Надеюсь, это послужит вам уроком.
- А на-а-ам все ра-а-авно…, - пропел, не приходя в сознание, Николас. Остальные два организма понуро сидели на койках.
- Вашим наставникам будет сообщено, что за вами требуется более тщательное наблюдение. Возможно, что за пределы замка вам выход будет запрещен, но это вопрос не в моей компетенции. О, у меня идея! До начала занятий остается еще 6 дней; у всех много свободного времени. Надо собрать новеньких в большом зале и на примере вашего случая показать, что может случиться, когда ученики нарушают элементарные правила.
- Не стоит, фру Хлив, - в дверях возвышалась фигура магистра Гальдра, - Ведь массового пьянства среди новичков не наблюдается. Пока.
Ребята перевели дух.
- За свою ошибку мальчики уже расплатились – похмельем. Не стоит добивать поверженных. А вы, малыши, запомните: сознательно этого никогда не делайте. Нельзя терять человеческий облик. Маг – это звучит гордо! Фру Хлив, завтра утром их можно выписать.
- Да, мессир. Но этот день им лучше остаться здесь. Вдруг их снова начнет тошнить.

Тошнило только Николаса: он проснулся только через полчаса после ухода магистра. Фру Хлив самоотверженно возилась с ним в больничной уборной, а Джеф и Бэрс принимали гостей. Кроме Джона и Марса, их по очереди посетили Роджер, Роберт, Терри и Анджей. И это было замечательно: наедине с Бэрсом Джеф заработал бы еще большую головную боль. У чернявого котенка рот не закрывался ни на минуту, он болтал о всякой фигне и шатался по палате с нескрываемым желанием сбежать. Видимо, похмелье коты переносят легко.
Ближе к вечеру Николас оклемался. Он пластом лежал на койке, но по крайней мере больше не блевал. Бэрс только успел пристать к нему с дурацким вопросом, но тут его отвлекли.
Фру Хлив вошла в сопровождении мальчика чуть старше них – высокого и худого, с пегими жидкими волосами и очень бледным лицом.
- Проходи сюда, малыш. Вот, пожалуй, эта койка тебе подойдет. Ложись, - и она захлопотала над ним, мелькая баночками и бинтиками. Через минуту мальчишка был укомплектован компрессом на лоб, а фру Хлив вышла.
- А, да я ж знаю этого парня!, - громко заявил Бэрс, - Его зовут Джереми, и он придурок.
- Ты что! Он же слышит!, - прошипел Джеф.
- Ну и что?, - искренне удивился котенок, - Я ему это уже говорил. Эй, придурок, верно?
Джереми не ответил. Он отвернулся от ребят к стене. Джефу стало неприятно.
- Ладно, давайте спать. Поздно уже.

Всю ночь Джеф доил корову. Она была большая и теплая, а вокруг клубился мокрый парок, пахло молоком и навозом. «Почему мне это не противно? Не люблю же молоко, а навоз – тем более…»
А нелюбимое молоко струйками журчало в подойник, корова шумно сопела, а молоко журчало, журчало…

Джеф приоткрыл глаза. Близко-близко от себя он увидел выпученные зенки Бэрсика: тот старательно переливал молоко из одного стакана в другой у него над ухом. Джеф подскочил на койке:
- Ах, ты, зараза!, - он попытался ухватить котенка за шиворот, но тот увернулся и расхохотался на всю палату, - Знаю я такие штучки!
- Да ладно тебе, прикольно ж было!, - Николас свое молоко уже выпил и сидел полуодетый, - признайся, ты чуть не описался?
- Ну, детский сад, - громко произнесли с дальнего конца палаты. Мальчик Джереми, которого Бэрс вчера обозвал придурком, успел одеться и аккуратно складывал свою постель.
- Ой, не могу, взрослый нашелся!, - отозвался котенок. Извиняться перед Джефом он явно не собирался.
Вошла фру Хлив.
- Мальчики, после завтрака вы все свободны. Ваши товарищи ждут вас в коридоре.

Их ждали Джон и Марс.
- Марс, а мне корова приснилась!, - котенок кинулся к старшему брату.
Джеф остолбенел.
- Хорошо, что не орехи, - Марс вежливо кивнул , - Доброе утро, джентльмены. Вам все еще нехорошо, Джеф? Вы странно выглядите.
- Нет, ничего, - Джеф встряхнул головой. Он видел тот же сон, что и Бэрс!? Это случилось снова, как тогда, с Николасом.
- Держи, маленький бандит, - Марс передал братишке оранжевый камешек на шнурке, - Это я нашел на твоей подушке сегодня утром.
- Что это?
- Приемная комиссия рассматривает наш экзамен и совещается. Те, кто приняты, находят разные камешки. У нас с тобой – тигровый глаз.
- Я тигр! Круто!
И они пошли к лестнице.
- А у нас камешки появились?, - с замиранием сердца спросил Джеф.
- У меня, у Роберта и Роджера уже сеть. Остальные ждут.

Когда они пришли к себе, Анджей и Терри тут же бросились навстречу, показывая свои камешки: те появились в отсутствие Джона. Оставались только Николас и Джеф. Кстати, всем достались кусочки необработанного алмаза. Они выглядели не очень красиво, но разве это важно? Важно то, что по приходе с послеобеденного гуляния Николас обнаружил на своей подушке алмазик, а Джеф не нашел ничего.
Он ждал весь вечер. Но и после ужина (мальчик просидел в столовке как на шиле) камешка не появилось.
Несмотря на то, что ребята пытались делать вид, что ничего не замечают, они видели, что их друг подавлен. Старались говорить на отвлеченные темы, чтобы занять его. Обсуждали школьный сад, «пьяные орехи», фру Хлив, котят. Терри утверждал, что помимо Марса и Бэрса видел еще двоих, правда, издали.
Перед сном Джеф пошел в туалет. Идя обратно, он надеялся, что на его кровати лежит алмазик. Но подушка была пуста. Он подавил вздох.
- Давайте ложиться. Спокойной ночи, парни, - скомандовал Джон.
Задули свечу. Джеф опустил усталую голову на подушку… и в щеку впилось что-то маленькое и твердое! Он подскочил и схватил ЭТО. Камешек на шнурке. Ура!



URL
   

serdzeLesa

главная